Полудемон. Король. Алекс. - Страница 58

Я, конечно, помог слухам по мере сил, но мой вклад был ничтожным. Ей-ей, простонародье старалось само - и неудивительно? Что пользуется во все времена спросом? Чужая постель - ежели своей нет.

Рудольф был мрачен, Абигейл плакала, двор обвесился трауром, черные полотна были повсюду - и я решил на это время съездить домой, в родной Торрин, тем более, у меня было, что рассказать Анри, было, чем порадовать Рика, да и с Рене хотелось пообщаться...

Томми с радостью поддержал меня, виконт Моринар подумал - и ехать отказался. Они отправлялись в свое поместье. А вот Анриетту он решил пока с собой не брать.

Женщина была очень набожна, а потому рано ее было привозить в гнездо злобных некромантов. Вот когда я сяду на трон... Алекс, ты же не будешь это откладывать?

Конечно я не собирался. Пару лет, а за это время у тома как раз будет время проверить свои чувства, а у Анриетты кончится траур.

И вот, в Торрине...

***

Карли, Карли...

Моя первая любовь.

Рыжая девочка с сияющими глазами, копия своей двоюродной сестры. Высокая, тонкая, восхитительно угловатая, как породистый жеребенок, еще не оформившаяся, с широким ртом и зелеными глазами, в которых плясало солнце.

Она смотрела на меня, я смотрел на нее и глаз оторвать не мог.

- Привет! Я Карли, а ты кто?

- А я Алекс. Ты кто?

- Я сестра Касси. Двоюродная.

- Даже так?

Не знал...

Ясность внесла Кассандра. Ну да, благочестивый Герман Лайкворт был женат в свое время. И жена родила ему двух девочек. Илану и Карли. Но умерла при родах второй малышки.

Что же благочестивый сделал с девочками?

Да просто отдал их в монастырь на воспитание. А потом, в идеале, если они почувствуют вкус к монастырской жизни...

Ха!

А к чему могут еще почувствовать вкус соплюшки которым с раннего детства промывают мозги религией? До полного просветления и разглаживания извилин?

К блуду?

Не смешите меня!

С Иланой все так и получилось. Сейчас сестра Илиана честно несла монастырское служение, оказавшись копией папочки. Карли же...

Девочка слишком хотела жить, видимо, пойдя в двоюродную сестру. Только вот Касси воспитывали иначе, а Карли таки выгнали из монастыря за все ее шалости.

Многое могли простить монашки, но не колокольный перезвон в три часа ночи, не хвост, пришитый к рясе настоятельницы, не...

Всех проделок девчушки было не перечислить. Так что Герман забрал ее домой и принялся воспитывать ремнем и проповедями, в надежде выдать замуж.

Куда там!

Карли сопротивлялась, как могла. А потом услышала, что у нее есть сестра, которая уехала к мужу... куда?

А откуда папеньке письма приходят? Из Торрина?

Вот туда и поедем!

Девчонка не думала, что может попасть в руки разбойников, не предполагала, что сестра может куда-нибудь переехать, но...

Ей просто повезло. Кассандру Гирр знали и уважали в Торрине. Как жену Рене. А уж как его-то уважали! Рене и Касси на пару принялись учить деревенских детей грамоте и счету. Открыли школу в одной из деревень, с удовольствием делились знаниями - и крестьяне, кстати, спокойно отправляли детей учиться.

Это когда денег нет, будешь пахать с утра до ночи. А тут, на серебре, на торговле рыбой, еще кое на чем... Торрин поднимался, и крестьяне могли себе позволить побольше. Хотя бы и разрешить мелким поучиться зимой, в сезон штормов.

Вдруг потом в люди выйдут?

Так что первый же трактирщик, которому заикнулась Карли, тут же расцвел в улыбке. И направил ее в замок графа, где и приняла девчонку сестра, ругаясь последними словами.

Но не гнать же соплюшку? Оставила у себя, написала дяде, а тут явился я.

Кажется, тогда я и влюбился.

Моя весна, моя Карли...

В тот месяц мы были безумно счастливы. Мы смеялись вместе - у нее это замечательно получалось. Мы танцевали под луной. Мы ездили вместе верхом - и все вокруг были счастливы за нас, особенно Марта. А вот Рене...

Однажды он позвал меня поговорить.

- Алекс, я люблю тебя как сына. А ты и Карли...

Я кивнул. А чего скрывать?

- Я ее люблю...

- Она - человек.

- Я тоже.

- Э, нет. Ты некромант и полудемон. Сколько тебе лет сейчас?

- Двадцати еще нет. А что?

- А то... Еще лет десять-двадцать ты будешь выглядеть мальчишкой. А проживешь намного дольше... Алекс, Карли - человек.

- Она вообще никакого дара не унаследовала?

- Вот именно. Иногда дар спящий, как с твоей матерью, его можно разбудить, но не в этом случае. Карли бесталанна, как маг. Тебе будет сто, ты будешь молод, а она будет старухой.

- У меня хватит сил продлить ей жизнь и молодость.

- Это наши ритуалы. Но ты заплатишь за годы ее жизни - своими годами. Ты готов на это?

Я кивнул. А что такого? Лучше уж сто пятьдесят лет с Карли, чем триста - без нее.

- А она на это согласится?

- Не знаю. Я с ней еще не говорил - об этом.

- А о чем говорил?

- Я люблю ее, она любит меня... вы же не будете нам мешать?

- Болван ты, сынок. Это говорится так: прошу у вас руки вашей племянницы. И с собой должна быть бутылка вина, чтобы напиться с будущим родственником.

Я фыркнул.

Бутылки у меня не было, но ее ведь всегда можно достать из шкафа? В тот день мы с Рене напились, как хрюшки, а еще через пару дней я поговорил с Карли.

Как сейчас помню...

Синее пронзительное небо над нами, поляна, заросшая горными маками, рыжая девушка посреди нее, легкий ветерок треплет ее и мои волосы, боги, алое платье среди алых маков и венок в руках...

Алые, как кровь сердца.

Я смотрел, как на картину и не смел сказать даже слова. Это Карли сказала все первой - и она же поцеловала меня. Именно там... мой первый поцелуй сердца и души. Там она стала моей женой по-настоящему, на этой поляне...